авторский проект Димы Шатрова

Варанаси - не только один из самых древних городов Индии, но и один из самых густо населенных. Это настоящий лабиринт из ломаных улочек, узких и грязных. Чтобы в них заблудиться, новичку потребуется не больше минуты, но не стоит отчаиваться: все пути так или иначе приведут вас к Гангу. Согласно верованиям, смерть на его берегу освобождает душу из цикла реинкарнации, и колесо сансары возносит ее прямиком к богу, а потому для индуса нет высшей чести, чем умереть в старом городе, быть кремированным и опуститься пеплом в воды священной реки. Для религиозного обряда кремации подходят только настоящие дрова, которые большая ценность в равнинном Варанаси, а потому эта процедура по карману лишь очень состоятельным.

200-400/4.0 (ISO 160, 400 мм, f/4.0, 1/500)

На снимке - Маникарника Гхат, центральный крематорий Варанаси, крупнейший под открытым небом в Индии. Чтобы сжечь человека дотла, требуется шесть часов и триста шестьдесят килограмм дров. Погребальные костры горят прямо на берегу день и ночь, иногда по десятку и более… Если спуститься к Маникарнике ночью - зрелище не для слабонервных.

Обилие типажей и сцен - для фотографа в Варанаси просто Клондайк, но вам следует быть очень внимательными в местах проведения кремации. Оставим в покое тему этики подобных съемок, сейчас не об этом. Нет, родственники покойного не станут забрасывать вас камнями (индусы много проще относятся к смерти), но стоит вам поднять камеру в пределах досягаемости погребальных костров, как вы тут же станете объектов “разводки” целой шайки местных жуликов. Будьте крайне осторожны, когда вам предложат “лучшие места” для съемки, и уж точно не ведитесь, если вас поймали на случайном кадре и пытаются раскрутить на деньги, угрожая полицией.

Варанаси - необыкновенный город. Третий раз приезжаю в него, и всякий раз он встречает меня по-новому. В этом году по всей центральной Индии стоят небывалые даже для января холода. Большую часть суток регион накрывают туманы, плотные и безрадостные, словно тесто из третьесортной муки. Дневная температура не поднимается выше двенадцати, а ночью колеблется возле отметки в три градуса. Кажется, еще чуть холоднее, и храмы порастут тонкими иголочками инея. Солнце пробивается только к полудню, но даже тогда светит через силу, постепенно умирая к пяти вечера.

14-24 (ISO 800, 16 мм, f/4.0, 1/640)

Холода застали врасплох всех, а потому каждый утепляется как может. Пешеходы в цветных гостиничных одеялах не вызывают удивления. Вообще порой возникает ощущение, что город терпит бедствие и со дня на день ждет гуманитарную помощь. В один из дней нам попался белый турист, помимо двух одеял нацепивший на себя еще и простыню - настоящая ходячая кровать, только подушки не хватало.

Индусы стойко терпят все перипетии погоды с истинно восточным смирением. Они кутаются по самую макушку так, что только глаза черно блестят из-под вороха пестрых шарфов, платков и разномастного цветного тряпья.

Варанаси - религиозный центр, привлекающий паломников со всей Индии и соседнего Непала. Они стекаются сюда целыми семьями - помолиться за ушедших или живых, а самые стойкие - и совершить омовение в Ганге несмотря на холод. Специально для них на набережной разведено несколько костров, возле которых можно отогреться и отдышаться. У каждого такого костра есть свой смотрящий, который внимательно следит за тем, чтобы та или иная группа не засиживалась у огня слишком долго.

Паломники жмутся к огню, протягивая зябкие руки, словно солдаты Наполеона, только что оставившие Москву и греющиеся по обочинам Смоленской дороги. Большинство из них - выходцы из южных штатов Индии, в которых никогда не бывает холодно.

Воскресенье - самый шумный день. Группы сменяют одна другую, и если правильно затаиться у огня, можно окунуться в эту череду лиц, одежд, характеров; настоящий калейдоскоп из совершенно непохожих типажей.

А это та же стоянка, но на утро следующего дня. Пустынные гаты, холодные парапеты и только одинокая собака, собирающая остатки тепла на вчерашнем кострище.

Индия, Варанаси. Рассвет на Ганге. Всех с пятницей, однако!